Журнал для фармацевтов и провизоров Выходит с 2000 г.

Его Ф.И.О. – М.А.Г.

№ 12 | (стр. 50)
-
Нравится
0

А что? В самом деле: Максим Александрович Галкин. О появлении этого молодого человека на нашей эстраде очень точно сказал Андрей Кнышев: «На пятно кто-то капнул чистым…» Каждое его появление на ТВ – это горсть радости для нас.

Михаил Шабашов

– Максим, однажды я был на записи программы «Кто хочет стать миллионером», когда ведущим еще были вы, и не мог не отметить доброжелательную атмосферу в студии. Жаль, что Аллу Пугачеву вы так и не пригласили…

– Мы думаем вот как: если бы она села напротив меня, то все решили бы, что я ей подсказываю… Нас тогда женили каждый месяц… И получилось бы, что сидят такие два полуженатых человека, тили-тили-тесто, «бабки» делят… Так что осторожность Аллы Борисовны вполне можно объяснить.

– Позвольте спросить о нашей всенародно любимой певице: если Алла Борисовна – цветы, то какие?
– Гм… Лесные. Только не розы. А вообще она любит лизиантусы. Очень красивые цветы. Даже не знаю, как их описать.

– Если она – книга?
– Понимаете, это ж надо не только знать Аллу Борисовну, но и читать какие-то книжки! Ну, вот что первое пришло в голову: «Консуэло» Жорж Санд.

– Если она – море?
– Тихий океан. Тихий, но океан!

– Погода?
– Парижская ранняя осень.

– Время суток?
– Закат.

– С каким из афоризмов вы согласитесь больше: «Чтобы подкова принесла удачу, надо вкалывать как лошадь» или «Чтобы жизнь шла как по нотам, надо импровизировать»?
– Я бы их соединил: «Чтобы жизнь шла как по нотам, надо вкалывать и импровизировать как лошадь». Вот взять, к примеру, сборные концерты нашего шоу-бизнеса. Там участвует до шести десятков исполнителей. Конечно, написан сценарий, но невозможно удачно «обшутить» такое количество выступающих. И текст не всегда тебя может поддержать. А в зале – 6 тысяч зрителей. Они купили билеты, чтобы увидеть шоу. Я должен как-то развлекать народ. Заранее подготовиться к этому сложно, да и по ходу дела возникают ситуации, которые вносят коррективы. Вот и приходится импровизировать как лошадь – в самом прямом смысле слова!
На одном таком концерте вышла Лолита. Ее наряд предусматривал юбку. Но она надела черные колготки и какую-то кофточку. Первой фразой была: «Моя подруга… Боря Моисеев...» Потом переключилась на Диму Билана, сказав, что она могла бы его родить. Спела песню, упала на колени перед Биланом, тот тоже встал на колени. Вместе закончили песню на коленях. Я им сказал: «Дети мои, встаньте с колен! Вы замечательный дуэт». И тут же придумалось название этого дуэта: «Лобби. Лола и Билан же». В каком сценарии такое можно предусмотреть?

– Максим, народ ходит на вас. С такой популярностью можно стать мощным двигателем торговли, но вас не видно в рекламных роликах…
– Я столько раз отказывался, что уже перестали предлагать. Даже не знаю, что мог бы рекламировать. Но только не телевизоры и не зубную пасту!

– Вам часто приходится давать интервью. Скажите, журналистика сейчас повсеместно рухнула или еще остались какие-то островки профессионализма?
– Остались, конечно… Есть талантливые журналисты. В Америке интересно давать интервью. Приятно беседовать с литовскими журналистами. Словом, в ближнем и дальнем зарубежье.
Но на гастролях в России я перестал давать интервью, потому что обязательно попадется какой-нибудь тип, который все испортит. Ты уделяешь время человеку, а потом он тебя же обкладывает со всех сторон. Журналистика, конечно, осталась. Но, к сожалению, не в России… У наших людей почему-то потребности другие стали.

– Вы построили большой дом. Это прекрасно! Как сказал Жванецкий, жить надо среди растений...
– Да, я решил построить большой дом. Если есть такая возможность, то почему бы и нет? И тот же Жванецкий, кстати, о своем доме в Одессе сказал: каждый кирпичик – чей-то аплодисмент.

– Что вам легче перечислить: страны, в которых вы были, или те, в которых еще не были?
– Наверное, в которых был. Я любитель путешествий. Побывал почти во всех странах СНГ за некоторым исключением. В Израиле, Германии, Америке, Канаде, Австралии, Новой Зеландии... Это с концертами. А Европу объездил, просто путешествуя. Словом, бывал, бывал…

– Говорят, любое решение надо принимать в течение трех вдохов. Как быстро вы приходите к какому-то решению, если стоите перед выбором?
– Обычно даже одного вдоха не делаю: хлобысь, и решил! Но потом могу поменять… Что касается работы, мне вообще свойственно сомневаться. Снимать передачу – не снимать? Ехать на гастроли – не ехать? Что касается жизни, тут проще. Строить дом? Строить. Все! Вещь какая-то понравилась в магазине – взял без примерок. Неважно, что потом она оказывается мне не по размеру. Подарки на дни рождения я так же покупаю: пришел, увидел, купил!

– У Игоря Губермана есть такое четверостишие…
– Ой, Игорь – замечательный! Однажды я ездил на гастроли вместе с ним и Анатолием Трушкиным. Они смешно резонировали: Трушкин – писатель земли русской, Губерман – великий еврейский поэт. При этом у них нашлось много общего. Словом, славно было. Простите, о каком четверостишии вы говорили?

– Цитирую:
«Когда устал и жить не хочешь,
Полезно вспомнить в гневе белом,
Что есть такие дни и ночи,
Что жизнь оправдывают в целом»…
– Это правильно. У меня одна из главных заповедей – «не гневи Бога». Каждый раз, когда я начинаю думать о том, что это не так и то не эдак, пресекаю себя мыслью: а кому еще хуже, чем мне? И понимаю, что мне во многом повезло, а для уныния нет повода. Я вообще стараюсь как можно реже жаловаться на жизнь.

– Вас приятно было видеть в качестве рядового зрителя на творческом вечере Михаила Жванецкого…
– Да, мы дружим с Михаилом Михайловичем, надеюсь, что могу употребить этот глагол. Он потрясающий импровизатор. Однажды он сказал: «Галкин, ты один из немногих, кто меня радует. Ты смешной, несмотря на тексты. Ты – талант!» На предложение написать что-нибудь для меня он отказал: «Для тебя я писать никогда не буду, потому что тогда не узнаю, чей был успех, мой или твой».

– В одном телеинтервью вам предложили по нескольким строчкам из «Фауста» угадать, кто автор перевода: Холодковский или Пастернак. Вы мгновенно угадали… Не каждый филолог на такое способен, не говоря уж об артистах.
– Я не был готов к вопросу, но на таком меня не подловишь. Тема моей диссертации: «Соотношение стилистических систем оригинального и переводного текстов». То есть я плотно изучал эту сферу, и определить, чей перевод, для меня просто. У Пастернака яркая речь. Перевод Николая Холодковского ближе к оригиналу. А у Пастернака текст с «бациллой» собственной поэзии. Это уже не совсем «Фауст» Гете. Тем, кто хочет понять это произведение, я бы не советовал читать его в переводе Бориса Леонидовича.
Я на концертах стал цитировать Гете в оригинале. Настолько это звучащий текст по-немецки! Просто змея шипит. Впрочем, это отдельная тема…

– Вы достигли высот, обитатели которых и сами книги пишут, и о них пишут. А вы что же?
– Алла, кстати, не написала. А уж на каких она высотах… А так – да. Робик Уильямс, Дэвид Бекхэм… Ну, все наши ребята крапают и крапают. Андрюха Малахов. Блондинки… Что он там про блондинок написал? Валерия – это ж вообще «Санта-Барбара».
Нет, предложения от издательств есть, но надо ж самому писать. А как хочется, не напишешь, как не хочется – не хочется писать. Вокруг смешного и веселого, к сожалению, не все можно выставлять напоказ. Я хочу найти золотую середину, чтобы написать и весело, и правду. Много смешного вижу вокруг. Просто писать биографию не хочется. Но надо как-нибудь собраться…




Google+
ВКонтакте
comments powered by HyperComments

Похожие статьи

Зарегистрируйтесь сейчас и первыми читайте все самое актуальное и интересное на сайте Для вас:
  • экспертное мнение кандидатов и докторов наук
  • консультации юристов
  • советы бизнес-тренеров
  • подборки статей по интересующим вас темам