Журнал для фармацевтов и провизоров Выходит с 2000 г.

Вирус поцелуйной болезни

№ 3 | (стр. 24)
-
Нравится
0
Вирус поцелуйной болезни

Шестидесятые годы прошлого века стали мостиком между послевоенным и последующим – самым сытым – десятилетием. Распадались империи. Открылся космос. Мир наводнили хиппи с идеями мира и свободной любви. А вирусологи, вооружившись электронной микроскопией, делали одно открытие за другим. Казалось, еще немного, и война забудется, рак излечится, а мир утонет в любви… 

Мухаммад Сайфуллин, к. м. н., доцент кафедры
инфекционных болезней РНИМУ им. Н.И. Пирогова

Дождливым октябрьским днем 1961 года в ливерпульский музыкальный магазин Брайана Эпстайна зашел покупатель, спросивший пластинку одной местной группы. Не найдя искомого в своем ассортименте, Брайан наведался в Каверн. Что было дальше – знают все любители музыки. Примерно в это же время в университете Кембриджа ирландский хирург Беркит делал доклад про опухоль, обнаруженную у детей в Уганде, и молодой ассистент госпиталя Мидлсекс Майкл Энтони Эпстайн (или Эпштейн – так обычно произносят эту фамилию по-русски) буквально впитывал в себя информацию. Начинающий ученый, он был поглощен вирусной теорией рака и уже занимался вирусом, вызывающим опухолевый рост у кур. По всем законам эпидемиологии и у лимфомы Беркита есть какая-то внешняя причина. Осталось только запросить кусочки опухоли из Африки, благо в 1961 году Уганда принадлежала Британской империи. 

Более двух лет вирусолог пытался подтвердить свою гипотезу: культивировал возбудитель на куриных эмбрионах, фиксировал на культуре почечных клеток, но тщетно – тот всегда ускользал из поля зрения. Тем временем Уганда обрела независимость, а Британию захлестнула битломания. Ливерпульская четверка под покровительством Брайана Эпстайна воспевала любовь, доводя до исступления почтенную английскую публику.

В 1963 году исследовательская группа расширилась: в лабораторию пришла молодая аспирантка Ивонна Барр. Ей поручили готовить новые препараты для микроскопии. А укрощением электронного микроскопа занялся выходец из Тринидада Берт Ачонг. Им было суждено войти в историю.


Хроническая инфекция у иммунологически полноценного человека не заметна вовсе, но при иммунном дефиците может происходить ее реактивация, клинически сходная с мононуклеозом. 


Почему поцелуйная болезнь? 

Болезнь Тюрка, болезнь Филатова, болезнь Пфейффера, болезнь поцелуев – все это разные названия одного и того же заболевания, известного миру как инфекционный мононуклеоз. Вирус Эпштейна-Барр (ВЭБ) циркулирует исключительно среди людей. В организме он поражает только два вида клеток. В слюнных железах вирус размножается и затем с помощью слюны выделяется во внешнюю среду в надежде встретиться с наивным индивидом (в иммунологии «наивным» называют организм, не контактировавший с вирусом и не имеющий к нему иммунитета). В отличие от кори и ветрянки возбудитель неспособен заражать на больших расстояниях, он передается при более тесном контакте. 

Острая ВЭБ-инфекция может протекать в разных формах, от бессимптомных до тяжелых летальных (к примеру, у мальчиков с наследственным XLP-синдромом). В странах с высоким уровнем жизни многие дети успешно избегают контакта с вирусом в саду или в начальной школе, но, стоит им перейти в колледж и поселиться в кампусе, взрослая жизнь просто засасывает доверчивых подростков. А мы уже знаем, что человек, переболевший ВЭБ-инфекцией, становится пожизненным носителем вируса, периодически выделяющегося со слюной. После перенесенного заболевания ВЭБ интегрируется в самые долгоживущие клетки крови – В-лимфоциты, и пока не найден способ его оттуда выкурить: ни противовирусные препараты, ни иммуномодуляторы, ни гомеопатия, ни танцы с бубном не доказали своей эффективности. 

Хроническая инфекция у иммунологически полноценного человека не заметна вовсе, но при иммунном дефиците может происходить ее реактивация, клинически сходная с мононуклеозом. У больных СПИДом вирус поражает внутренние органы, вызывает менингоэнцефалит и представляет смертельную опасность. Зараженные вирусом клетки обретают способность к неконтролируемому делению, приводя к развитию лимфомы Беркита и назофарингеальной карциномы. Учитывая, что подавляющее большинство болеющих – представители негроидной расы, можно предполагать какую-либо генетическую аномалию, хотя существует мнение, что развитию лимфомы способствуют климат и хроническая малярия, распространенная в Африке.

Вечер трудного дня

5 декабря 1963 года над Лондоном повис густой туман. «Хитроу» не принимал, и прибывающие рейсы садились за 200 миль от Лондона, в Манчестере. Каждый радиоприемник пел All my loving из вышедшего две недели назад нового альбома «Битлз». На «Хайбери» футболисты «Арсенала» тренировались, ожидая в гости грозный «Ливерпуль». 

В лаборатории госпиталя Мидлсекс нервничали: мало того что работа задерживалась, еще и неизвестно, в каком виде доберется на перекладных до Лондона материал от 9-летней девочки, страдавшей в Уганде лимфомой. Ближе к вечеру машина домчалась до столицы. Ивонна открыла контейнер. Кусочки опухоли были помещены в сохранявший их раствор, который за время транспортировки помутнел и приобрел неприятный запах, что обычно бывает при размножении бактерий. И материал отправили уже было в контейнер для биоотходов, но Эпстайн решил посмотреть на муть через микроскоп. Покрутив ручку резкости, исследователь не поверил увиденному: муть создавала агрессивная лимфома, от которой отщеплялись и плавали вокруг новорожденные опухолевые клетки. Оказалось, лимфома предпочитала расти в свободном плавании, а все фиксирующие методы прекращали деление клеток. Увеличенное изображение под электронным микроскопом изумило еще больше: каждая клетка содержала знакомые многогранники вирусных частиц, которые не убивали клетки, а, наоборот, заставляли их размножаться с невиданной скоростью. 

Майкл Энтони выбежал на улицу. Над Лондоном крупными хлопьями кружил снег. Минутное успокоение сменилось тревогой: луч электронного микроскопа может сжечь оставленный под ним материал! Но опухоль оказалась живучей, и за полчаса количество вирионов только выросло. 

Завтра никогда не знает

В 1964 году в журнале Lancet была опубликована статья об открытии нового вируса, подписанная тремя авторами и задавшая новое направление в вирусологии. Герпетические вирусы надолго заняли головы жителей мира, так и не ставшего миром любви. Прогремела вьетнамская война. После трагической смерти Брайана Эпстайна распались «битлы». Многие ценности хиппи оказались иллюзиями, позволившими вирусу поцелуйной болезни завладеть Америкой. 

Но все авторы открытия прожили долгую счастливую жизнь. Ивонна Барр предпочла славе семейный уют. Получив в 1966 году звание доктора философии (по-нашему – кандидат наук), вышла замуж и уехала в Мельбурн, где счастливо прожила до 2016 года. Берт Ачонг, по всей видимости, не сильно огорчился из-за отсутствия своей фамилии в названии вируса. Через несколько лет он открыл первый ретровирус, способный заражать человека. Майкл Энтони Эпстайн в 1985 году получил звание рыцаря и живет в Лондоне по сей день, отметив в 2019 году свой 98-й день рождения. Открытый ими вирус тоже продолжает жить своей жизнью, привлекая большое внимание ученых, врачей и пациентов. 


Google+
ВКонтакте
comments powered by HyperComments

Похожие статьи

Зарегистрируйтесь сейчас и первыми читайте все самое актуальное и интересное на сайте Для вас:
  • экспертное мнение кандидатов и докторов наук
  • консультации юристов
  • советы бизнес-тренеров
  • подборки статей по интересующим вас темам